ГОСПОДЬ ПОСТЕПЕННО ВЁЛ КО СВЯЩЕНСТВУ
Всегда интересен путь от мирского человека к воцерковленному, а тем более от обычного человека к священнослужителю. В какой момент жизни вдруг открывается новая страница и ты понимаешь, что дальше без Бога идти нельзя? Как возникает решение принять сан? Настоятелю Никольского храма в посёлке Володарского Ленинского городского округа протоиерею Сергию Свалову 2 июня нынешнего года исполнилось 55 лет – самое время ответить на эти и другие вопросы. Надеемся, что интервью с ним будет интересным и полезным для многих, послужит источником вдохновения и уроком, поможет использовать его опыт для личного роста и развития.
Бабушка и «Отче наш»
– Расскажите о семье, в которой Вы росли. Где прошли Ваше детство и юность?
– Семья самая обычная - папа, мама, я, не всегда счастливая, родители перед моим 10-летием расстались. Но радостные моменты были и сейчас вспоминаются с теплотой. Самые близкие отношения были с бабушкой, заботливой, любящей, по делу наказывающей и всегда прощающей. Уже позже, перед рукоположением во священный сан, приехал к ней за благословением. Она как-то к старости уменьшилась, или я вырос, очки с большими стёклами, сидит в своей комнате и молится, а я уже утреннее правило совершил и жду, по привычке, как в детстве, когда она выйдет, мы позавтракаем. А она не выходит и не выходит, и всё читает и читает…. Осторожно постучался к ней, она посмотрела на меня своими совсем выцветшими глазами поверх очков и спрашивает: ты уже помолился? Да, отвечаю, а она мне: посиди со мной, расскажи, как ты молишься. И я рассказываю, как и что читаю, в общем, по новой прочитал всё правило, только неспешно, как положено. После рукоположения она стала обращаться ко мне на Вы, меня это так смущало, я даже брови хмурил по этому поводу. А она: ну Вы же священник. Конечно, сопротивлялся этому как мог, но сейчас, спустя большое количество времени, понимаю, что она знала, как стоит относиться к Благодати. Мы, священники, не всегда осознаём, что нам Господь даровал, тем более невоцерковленнные люди.
Бабушка родилась в 1917 году, воспитывалась в верующей семье, крёстной у неё была монахиня, бабушка в детстве успела поучиться в церковно-приходской школе. С мужем, моим дедушкой, венчалась в 1935 году – её отец, мой прадед, поставил условие: даст благословение на брак, если будет совершено таинство венчания. В том храме, где они приняли это таинство, после закрытия сделали планетарий, а когда здание храма вернули церкви, то в ней пела моя двоюродная сестра, но это уже год 95-96-й.
Веру свою бабушка никому не навязывала. Только однажды, мне было лет 11 или 12, она строго спросила: ты, наверное, и «Отче наш» не знаешь? Я действительно не знал, и ответил ей: научи - так выучу! В этом возрасте начинаешь дерзить в ответ на всякие вопросы, не жалея чувств близких, и только со временем понимаешь, что им было больно, но не всегда успеваешь попросить прощения - человека рядом, может, уже нет. А «Отче наш» прочитал раз пять и выучил. Столько раз эта молитва помогала и помогает, и каждый раз вспоминаю тот случай: не скажи бабушка про эту молитву, всё могло бы пойти совсем не так.
– Когда Вас крестили - в детстве или позже?
– Крестили меня в младенчестве, в день памяти преподобного Сергия, в Серафимовском храме г. Кирова. Договаривалась о крестинах двоюродная сестра моей прабабушки, которая прислуживала в церкви. Крестины были без записи в книгу регистрации, в то время так часто делали. На этом моё церковное детство заканчивается: в храм меня не водили, сам не ходил, «Пионерскую правду» читал, галстук носил, грешен. Но самое главное, что было вокруг меня,- это любовь моих родных во главе с моей бабушкой.
В нашей стране многие в то время воспитывались бабушками. Сегодня, к сожалению, этому институту мало доверяют. Когда говорят, что «белые платочки» сохранили веру и Церковь, то сразу вижу её образ. Она никого не осуждала, и даже когда родители развелись, бабушка ни разу не сказала плохих слов об отце, а когда он погиб в 1994 году, она хлопотала и переживала больше всех. Именно благодаря ей папу отпевали в церкви, бабушка знала, что он был крещён, значит, наверняка говорила с ним об этом.
Интересов в детстве было много
– Каким Вы были школьником, к чему испытывали интересы, кем мечтали стать?
– Детство помнится отрывками, друзьями и воспоминаниями близких. Мама говорила, что я ребёнком любил смотреть по телевизору не только мультики, но и концерты классической музыки, особенно скрипичные. Раньше концертов показывали много, по разным поводам. В первом классе узнал, что мой одноклассник учится ещё и в музыкальной школе, по классу скрипки. Загорелся, разузнал у него, где находится школа. Сел на троллейбус, три остановки, и вот она. Самостоятельность у детей иногда зашкаливает. Пришёл к какому-то учителю и говорю: хочу учиться играть на скрипке. Он послушал меня, вздохнул и говорит: давай лучше на баяне. На баяне так на баяне, что делать? Четыре года ходил в музыкальную школу, а когда переехали с мамой в подмосковный посёлок Вороново, то в музыкальную школу пошёл только спустя два года, но уже на кларнет, баяна не было.
Интересов в детстве было много. Думаю: как тогда, так и сейчас – дети одинаковы. Если есть люди, которые готовы им дарить время, себя, то они, безусловно, будут заниматься любым делом. Уверен, все дети за движуху, притом любую. В детстве чем только ни занимался: ходил на фигурное катание, позже - в секцию лёгкой атлетики, на волейбол, во всевозможные кружки. У бабушки была приличная библиотека, да и у нас дома книг хватало, обычные библиотеки тоже были прекрасно наполнены, - только успевай читать, мы и успевали, в общем, было хорошо.
Когда стал подрастать и надо вроде как о будущем думать, то у взрослых появился ко мне один вопрос: кем ты хочешь стать? Этот вопрос всегда выводит детей из равновесия, думаю, стоило бы его немного видоизменить, например: чему ты готов посвятить свою жизнь? Или что-то в этом роде. Сразу появляется некая программа действий, и цель становится определённей, значимей, а ребёнок собранней. Если бы такой вопрос услышал в своё время, то начал бы думать раньше об этом, а так, на очередной обычный вопрос ответил – врачом, и все вопросы сняты. А когда побывал на дне открытых дверей в Подольском индустриальном техникуме, решил туда поступать после 8 класса на специальность «техник – электрик». Наша группа была самой лучшей за всё время жизни техникума, на четвёртом курсе все получали стипендию, а большинство – повышенную.
Ключевые встречи есть у каждого
Лет в четырнадцать со мной произошёл такой случай. Декабрь, на улице мороз - не выглянешь, а побегать хочется, вот мы с ребятами и решили поиграть в жмурки в подъезде пятиэтажки. Убегаю на последний этаж и пытаюсь улизнуть через перила… и оступаюсь. Лечу. Один лестничный марш, другой. Руками, как пропеллером, кручу, а там между перилами сантиметров 18 от силы (лет через 30 специально замерял). Ничем не ударился, никакого синяка, долетел до второго этажа, там меня за ногу одноклассник и поймал. Этот случай вспомнился, когда священником стал, в тот момент аж мурашки по коже побежали и пот холодный прошиб. Уверен, это святитель Николай меня тогда уберёг. Господь иногда святых на помощь нам отправляет, но чаще - обычных людей, как мой друг, который поймал меня за ногу. У каждого из нас есть ключевые встречи, изменившие всю нашу жизнь, или несостоявшиеся встречи, которые мы по неразумию отвергли.
Самый счастливый день
– Что произошло в Вашей жизни, когда было принято решение резко изменить её ход и принять священный сан?
– После потери отца чаще стал задумываться о Боге, о вечности, о смерти, о смысле жизни. Но учёба, работа отвлекали, и только годам к 25, после окончания института, смог внимательнее подойти к этой стороне жизни. Первая мысль о священстве появилась через год после гибели отца, пролетела и не задержалась. Мне тогда 23 года было, работал в Институте ядерных исследований в г. Троицке, туда распределили после окончания техникума, учился на энергетическом факультете во Всесоюзном заочном политехническом институте, сейчас МГОУ г. Подольска. Восемь лет пролетели незаметно, за это время ловил себя на мысли, что занимаюсь чем-то не совсем мне нужным, не постоянным, и как-то под конец этих лет моя супруга, видя моё такое тоскливое состояние, сказала: если тебе невмоготу, уходи с работы, иди в церковь.
21 сентября 2002 года, Рождество Богородицы - самый счастливый, радостный и переживательный день в нашей жизни. Архиепископ Можайский Григорий рукоположил меня в иереи в Новодевичьем монастыре в Москве. Помню его огненные руки, они буквально прожигали мою голову. Когда открыл глаза, то понял, что ничего не вижу, стёкла очков запотели так плотно, что пришлось долго их протирать. Жизнь разделилась на «до» и «после». В «до» были события, важные и не очень, а вот что-то такое вспомнить и не получается: дачу строили, машину купили, потом квартиру - так, суета… А после рукоположения не только каждый год помнится, но и месяц, и даже день. Пасхи, Троицы, исповеди, причащения, крестины, венчания, один храм строили, другой, потом перестраивали, между ними - поездки к преподобному Сергию, в Дивеево, на Афон, на Святую Землю, ещё много куда… Целая эпоха событий, и все важные.
– Как Вы познакомились с Вашей супругой? Сколько лет живёте вместе?
– Познакомились мы совсем в юном возрасте, этот день помним оба и поздравляем друг друга наперегонки. В 1993 году венчались в Троицком соборе г. Подольска. Накануне мы приехали исповедоваться и причаститься и купили только одну свечу и поставили её перед образом святителя Николая. Венчание было назначено на следующий день в 14 часов, свечи и лампады в соборе были потушены после службы, и только у святителя Николая горела лампада.
– Как родные и близкие восприняли Ваше решение стать священником? Кто поддержал Вас в это время?
– Не все родные поддержали, помня непростой период гонений на верующих. Но кто тогда был рядом, тот и сейчас со мной. Друзья, может быть, и сомневались, но остались все со мной, особенно институтские, с ними плотно дружим больше 30 лет.
Самое важное – служить литургию
– Когда Вы поступили в Коломенскую духовную семинарию?
– Мне удивительным образом повезло, в Коломенскую духовную семинарию поступил, будучи дьяконом, а учиться стал уже священником. В те годы это не приветствовалось, но допускалось.
– В 2004 году Вы стали настоятелем Никольского храма в поселке Володарского. Какими были Ваши первые шаги в этом качестве?
– В Никольский храм посёлка Володарского Ленинского городского округа впервые попал в 1998 году, здесь, собственно, и произошло моё воцерковление, здесь же прошёл все стадии служения: алтарника, дьякона, второго священника, настоятеля. Первые шаги наверняка были не совсем верные, но спустя некоторое время многое забылось, что-то нивелировалось и, конечно, простилось.
– В 2015 году Вас наградили саном протоиерея. Слово «протоиерей» в переводе с греческого означает «первый священник», то есть выделяет священнослужителя среди иереев. Сан протоиерея присваивается священникам в качестве награды за особые заслуги, преданность Церкви. У Вас к тому времени уже были орден прп. Сергия Радонежского Ш степени, камилавка, наперсный крест, крест с украшениями, Благословенная грамота митрополита, медаль «За усердное служение» I степени, две медали «За жертвенные труды» II и III степени. Что послужило основой для такого духовного роста?
– О духовном росте ничего не знаю, да и обычным ростом не велик. Награды преподаются приходу, ибо один священник ничего не может, а вместе с прихожанами - всё по плечу, а вообще все награды являются авансом.
- На Ваш взгляд, что самое важное в служении настоятеля храма?
– Как и у каждого священника - служить у престола, совершать Божественную литургию.
– Что самое сложное?
– Найти время для отпуска.
Возвращается к жизни надмирная красота
– Вы являетесь председателем отдела по реставрации и строительству Подольской епархии. Какие храмы удалось восстановить и построить за эти годы?
– Нашей Подольской епархии досталось 36 храмов, порушенных святынь, на некоторых сегодня ведутся реставрационные работы, часть – под консервацией, как, например, храм святителя Димитрия Ростовского, красивейший храм, расположенный в усадьбе Суханово Ленинского городского округа. Реставрация – весьма дорогостоящий и сложный процесс, но результат оправдывает ожидания: ты видишь ту красоту, которую создавали наши предки, те люди, которые жили не в индустриальное время и имели особое состояние души, наблюдали за миром, природой. Когда мы посещаем храмы, особенно не закрывавшиеся, то погружаемся в ту надмирную красоту, которой лишены в обычной жизни, мы становимся причастниками вечности. Построенные и введённые в эксплуатацию храмы за время создания Подольской епархии уже есть, - например, в нашем благочинии это храм преподобного Серафима Саровского в рабочем посёлке Дрожжино Ленинского городского округа. Стоит заметить, что строятся не только храмы, но и приходские центры и дома причта, которые могут быть местом притяжения многих людей.
– Как удается совмещать эту должность с обязанностями настоятеля храма?
– Только благодаря Богу и неравнодушным помощникам из благочиний.
Любимая часть послушания
– В вашем храме действует художественная студия «Майолика», где проходят уроки росписи по керамике. Детей учат игре на гитаре. На постоянной основе проходят концерты в клубе «Катакомба». Почему Вы считаете всё это важным для прихожан?
- Действительно, при нашем храме открыта студия «Майолика», ей больше 10 лет, у нас прекрасный руководитель Анна Владимировна Шатинская. Некоторые учащиеся благодаря студии связали свою жизнь с творчеством, педагогикой. Человек призван Богом быть сотворцом, и когда мы открываем в себе эту тягу, то вплотную приближаемся к Создателю. Мы не всегда понимаем, как из-под наших рук рождается то или иное восхитительное совершенство, главное в этот момент не возгордиться, а искренне, как ребёнок, порадоваться о сотворённом, о том, что Творец даровал тебе дар. На сегодняшний день в студии проходят два занятия в неделю, коллектив слаженный, но новичков принимают с радостью, два условия – с 12 лет и желание.
– Как обычно проходит Ваш будний день?
– Будничных дней обычно не бывает. Церковные праздники не регламентированы, чаще бывают на неделе, чем в выходные дни, но если всё же нет богослужений, то в наличии епархиальные послушания. Среди них - поездки по епархии, это самая любимая часть послушания, мы бываем в удивительных храмах, с каждой поездкой открываем что-то новое, непревзойдённое, необычное, иногда советуем, но чаще учимся у тех, к кому приехали.
Душа просит хорошей поэзии и прозы
– Чем Вы занимаетесь в свободное от служения время? Какие у Вас увлечения?
- Свободного времени весьма мало, но выкраиваю его, чтобы учиться – на различных курсах поэзии и прозы, читаю, немного пишу стихи и рассказы, некоторые публикую на личных страницах в мессенджерах.
– Как давно в Вас пробудилась тяга к поэзии и прозе?
– В юности пробовал писать, но те опыты не сохранились, да и время для этого надо. Благодарю Бога, что сейчас иногда появляется такая возможность. Со временем набралось какое-то количество рассказов и стихотворений. В храмовом творческом клубе «Катакомба» мы подготовили программу, где я читаю стихи под аккомпанемент, получилось интересно. Зал у нас небольшой, но камерный, вмещает около 60 человек, в нём появляются удивительные музыкальные коллективы. Музыка меняет наше восприятие мира, она является одним из главных созидающих факторов нашей жизни.
– Какие стихи Вам близки, какие больше любите?
– Всегда любил творчество русских поэтов, особенно Серебряного века. Но и шестидесятники, да и некоторые современные авторы мне близки - подсвечивать не буду, чтобы кого-нибудь ненароком не обидеть. Среди зарубежных отмечу испанских поэтов, - таких как Федерико Гарсиа Лорка, Хуан Рамон Хименес. Нравится американский признанный прижизненный классик Роберт Ли Фрост.
– О чём Ваши стихи?
– Они разные, чаще о любви, об отношениях с Богом, с близкими, бывают патриотические.
– Приведите любимое стихотворение.
– Вот как раз такого понятия у меня нет, достаточно критично отношусь к тому, что делаю, и, в очередной раз перечитывая, вижу их несовершенство. Скорее всего, именно из-за этого не издаю их, хотя близкие просят об этом. Но пока с собой не договорился, видимо, не время. Помолитесь!
Помолись за своих
Затерянный скит на просторах Афонских.
Стоит и мерцает над ним Благодать.
Как долго она на дорогах отцовских
Искала меня, чтобы руку подать.
Не знаю и вряд ли узнаю когда-то,
Кто жил в этой келье - какой из святых.
Тихонько, смиренно морзянкой: «Простите».
И страшен ответ: «Помолись за своих».
Заутреня
Как обычно, пойду помолиться
Я к заутрене. Встану вперёд
И увижу любимые лица
Всех святых и Тебя у ворот
Я найду. На колени склонится
Старый инок – в молитве молчит,
Певчий юный - душой веселится
И молитве той древней вторит.
Царских врат Благовещенье взглядом
Провожаю я внутрь алтаря.
И молю: Ты побудь со мной рядом,
Когда я забываю Тебя.
Отраженье
Ты помнишь, отраженье лилось
Зеркальной гладью по воде,
Где тень от чайки проносилась
Стремительно к себе.
И облака внутри гуляли,
Два солнца, два тебя, меня,
И вёсла плавно уставали,
Кувшинками звеня.
Пусть за окном сплошная осень,
А мы в ином, у той воды,
И память снова нас уносит
К той лодке, облакам мечты.
Падающей звезде
Куда летишь? Или в паденье?
Быть может, это взлёт с вершин?
Ты там была в уединенье,
В небесной гавани под Ним,
Летишь, и кажется, исчезла,
И нет тебя, не вижу я.
На самом деле, ты воскресла,
В ином созвездье бытия.
Надо жить с Богом
– Любой человек находится в постоянном развитии, и в разные периоды жизни он разный. Как сильно Вы отличаетесь от того человека, который только-только пришёл к мысли о принятии сана, от себя сегодняшнего?
– Надеюсь, что в стремлении к служению не изменился. С Божией помощью поменялся в отношении к людям, опять же, надеюсь, бережнее стал к ним относиться.
– К чему стремитесь сейчас?
– Стремлюсь к тому же, что и раньше, - к Богу.
– Что в Вашем понимании есть «духовная жизнь»? Почему так важно вести её? Дайте совет: как научиться этому?
– Если бы что-то знал о духовной жизни, то обязательно бы поделился этим. Единственное, что могу сказать, - это то, что надо жить с Богом, от встречи до встречи, каждый день скучать по Нему и находить, снова скучать и снова находить. И так всю жизнь.
Беседовала Этери КОБЕРИДЗЕ
