Газета Ленинского городского округа

+7 (495) 541-24-12
Главная » #МыВместе » Депутат совета депутатов Ленинского городского округа Александр Баюклин несколько месяцев проработал в мариупольской больнице

Депутат совета депутатов Ленинского городского округа Александр Баюклин несколько месяцев проработал в мариупольской больнице

Военная спецоперация, которую российские войска проводят в Донбассе, направлена на достижение поставленных целей с минимальными потерями. И в таких условиях особенное значение приобретает работа медиков. О том, как они выполняют ее, о чувстве долга прежде всего перед самим собой мы беседуем с депутатом Совета депутатов Ленинского городского округа Александром Баюклиным, недавно вернувшимся из больницы в Мариуполе, где он поработал месяц.

– Александр Васильевич, вы поехали в Донецкую Народную Республику в качестве врача-волонтера. Как коллеги по депутатскому корпусу, окружающие оценили такое ваше решение?
– Председатель Совета депутатов Ленинского городского округа Станислав Николаевич Радченко пожал мне руку и сказал: «Горжусь тобой, молодец!» Но были и такие, кто покрутил рукой пальцем у виска. Но моя специальность – врач-трансфузиолог, специалист по переливанию крови, и в непростое для моей страны время я хотел быть полезным ей. Это чувство долга, и я не вижу в нем ничего из ряда вон выходящего.
– Вы хотели поработать в зоне боевых действий по специальности?
– Да, ехал целенаправленно на станцию переливания крови, которая расположена рядом с Мариупольской областной больницей. На станции у меня работали друзья. Пытался до отъезда установить контакты с ней, но она не выходила на связь (как оказалось позже, станция была лишена связи). Забегая вперед, скажу: так получилось, что я стал первым донором на этой станции с начала спецоперации, но поработать пришлось не здесь, а в больнице – хирургом на перевязках.

– Как вы попали в Донецкую Народную Республику?
– Пришлось преодолевать препятствия. Второго марта нынешнего года я обратился в Домодедовский военкомат с просьбой направить меня в ДНР, но мне отказали – 60 лет, возраст подкачал (говорят, сейчас подняли возрастную планку). Я обращался в Минздрав России, к знакомым – стучался во все двери. Достучался до депутата Государственной Думы Дмитрия Вадимовича Саблина, написал ему письмо, прислал резюме. И через несколько дней мне позвонил помощник депутата Госдумы Дмитрия Анатольевича Хубезова с конкретными напутствиями: что делать, когда и куда обращаться. Я приехал в Ростов, где меня встретил волонтер, который занимается переброской врачей до границы. С той стороны меня подхватил другой волонтер, и вместе с присоединившимся ко мне в Ростове хирургом Кириллом Александровичем Море мы направились в Донецк. Наутро вместе с приехавшим депутатом Госдумы Дмитрием Анатольевичем Хубезовым мы поехали в Мариуполь.

– Какими были ваши первые впечатления в Мариуполе?
– Если коротко – это был ужас. Увиденное настолько потрясло меня, что не хотел даже фотографировать. В Мариуполе не осталось ни одного не тронутого войной дома, стоял трупный запах, который, смешиваясь с запахом цветущей акации, придавал всей этой картине жуткое ощущение. Грязь, стихийные кладбища усугубляли страшное впечатление.
– В каких условиях пришлось работать?
– Как ни странно, здание больницы уцелело, хотя было разграблено. Но самые необходимые условия были налажены: работали реанимация, оперблок, хирургическое отделение. Жизни медиков особо ничего не угрожало, снаряды в центр города не прилетали. Наша служба ПВО работает там отлично. Как я уже сказал, мне пришлось работать хирургом на перевязках, потому что служба по переливанию крови оказалась менее востребованной. А перевязки делал с 8 утра и до 7 вечера, так как больных очень много. Несмотря на то, что противник выбит из города, он ухитряется чуть ли не каждый день что-то минировать, и каждый день привозят в больницу людей, чаще всего детей, с минно-взрывными травмами. Было много пациентов с ампутациями после обморожений, с трофическими язвами, рожистыми воспалениями. А все это – перевязки, перевязки… Мы лечили и военных, и гражданских, и пленных. Никакого разделения не делали на свой-чужой.
Когда в апреле войска ДНР вошли в Мариуполь, они захватили в плен украинских призывников, они до сих пор размещаются в больнице. Эти пацанята в условиях нерабочих лифтов носят больных вверх-вниз по этажам, таскают воду ведрами, раздают еду. В общем, выполняют работу волонтеров как могут. И отношение к ним нормальное.
– Какой случай из вашей медицинской работы в Мариуполе запомнился больше всего?
– Лечилась у меня бабушка Анна Федосеевна Степаненко. Ее дети с начала спецоперации уехали, а баба Аня осталась одна с собакой-овчаркой. В её дом попал снаряд, взорвался в соседнем помещении, и бабушке сильно придавило ногу. Она лежала, не в силах встать, и медленно умирала от жажды. А собака мочила язык в воде из разбитой батареи отопления и приносила ее бабе Ане, которая слизывала капельки с языка овчарки.
– А где вы жили?
– Тут же, в больнице, нам выделили в травматологическом отделении несколько палат, там и разместились медики.
Кроме нас в больнице расположилось и гражданское население, которому негде было жить. Люди настрадались, сидя в холоде и грязи в подвалах. Одна надежда: с каждым днем ситуация все улучшается, и страданиям людей должен прийти конец.

– Жители Мариуполя ощущают поддержку России?
– С благодарностью постоянно говорят о ней, как и о том, что хотели бы жить непосредственно в составе России. Видел в городе много флагов партии «Единая Россия». В Мариуполе действуют около 50 пунктов выдачи гуманитарной помощи, в них работают волонтеры из «Единой России». Рядом с городом есть хлебопекарный заводик, и каждый раз отсюда в мариупольские дворы и в больницу приезжают машины с хлебом. Раздают его всем. И это сильно помогает. Потому что иного пути раздобыть еду нет: у людей кончились запасы продуктов, а спекулятивные цены на рынках просто недоступны обнищавшему населению.
На глазах, быстрыми темпами восстанавливается Мариуполь. В городе много строительной техники с номерами Московского и Санкт-Петербургского регионов, разгребаются завалы мусора, ликвидируются стихийные кладбища.
– Вы планируете опять отправиться в Мариуполь?
– Я вернулся, определив для себя круг задач, чтобы здесь решить их. Помощь оказывается хаотично, еще до конца не отрегулированы эвакуация больных, реабилитационные, восстановительные мероприятия. Хотел бы обратиться к депутату Хубезову, чтобы эти и другие проблемы были отлажены. Отвел себе на это месяц, и думаю в начале августа вновь отправиться в Мариуполь.


Подготовила Этери КОБЕРИДЗЕ